У жителей Палимовки Ольги и Андрея Костенко трое ребятишек: два сына и дочка. Мальчишкам, Дмитрию и Даниилу, соответственно, 12 и 10 лет, дочке Ксении – всего шесть. Вообще-то Ольга, по её словам, хотела, чтоб было у них с мужем четверо детей: и сыновей, и дочерей поровну.
Так, может быть, и случилось бы, да свою негативную корректировку в планы молодых родителей внёс ковид. А потом и вовсе в Казахстане жить стало очень сложно, и в 2021 году семья переехала в Палимовку.
Купили – насколько позволяли средства – небольшой деревянный домик, завели птицу и огород. Мальчишки пошли в школу, дочурка – в сад. Глава семьи два лета уезжал из дома на заработки, а потом занялся ремонтом бытовых холодильников, сама Ольга стала ремонтировать – под ключ – дома и квартиры. Образование она в своё время получить не смогла: очень уже трудным было её детство – мама рано умерла, а отец пил горькую. Самым лучшим учителем в жизни стала сама жизнь, научившая преодолевать все трудности.
А в июне текущего года умерла долго и тяжело болевшая племянница Люба. Последние четыре месяца она доживала свои дни у матери в Курманаевском районе. А двое её детей: пятилетняя Жасмин и четырёхлетняя Эмилия по генеральному согласию стали жить в семье Костенко, годовалого Артёма забрал его отец. Дети за это время настолько привыкли к супругам, что стали называть их мама и папа. Тут следует, наверное, пояснить, почему именно тётя Любы взяла на себя заботу о её детях.
– Девочки у покойной были рождены от одного сожителя, младший сын – от другого, – рассказывает Ольга Александровна. – И с ними моя родственница отношений не поддерживала. У мамы покойной были свои причины отказаться от участия в судьбе ребятишек, две сестры желания не изъявили.
Когда племянница Ольги умерла, неизбежно встал вопрос о том, где дальше будут проживать дети. Отец Артёма, как уже сказано выше, признал отцовство и взял сына к себе. А Ольга и Андрей тут же стали решать вопрос о передаче девчонок им под опеку. И они на тот момент были приоритетными опекунами: бабушка девочек, которая в своё время была лишена родительских прав из-за пристрастия к алкоголю, автоматически исключалась из числа потенциальных опекунов, биологический папенька на тот момент фактически был никто, сёстры покойной – ну, у них были свои причины не брать на себя заботы об осиротевших детях.
Итак, единственными реальными потенциальными опекунами стали супруги Костенко, уже полюбившие Жасмин и Эмилию, заботящиеся о них, как о своих родных детях. Но прежде чем стать опекунами по закону, Ольге и Андрею нужно было пройти законодательную процедуру оформления опекунства. И одним из препятствий на этом пути стал недостаток жилой площади в доме Костенко аж в 20 квадратных метров. Супругам было рекомендовано в течение полугода устранить этот недостаток, а пока ревущие от расставания со ставшими им близкими людьми малышки были отправлены в Бугурусланский реабилитационный центр «Аистёнок». Ещё один негативный момент был озвучен на заседании опекунского совета: доход семьи Костенко, поскольку супруги нигде официально (оба имеют статус самозанятых) не работают, ниже прожиточного минимума.
Да, законодательные требования к опекунам очень строгие, гарантирующие детям комфортное и безопасное проживание, достойные условия, должное воспитание. И я помню, как много лет назад, мне, на страницах газеты рассказывающая о семье, взявшей под опеку больного малыша, женщина, решившаяся на этот непростой шаг, поведала, что поначалу ей было отказано в опекунстве лишь потому, что в комнате, где предстояло жить ребёнку, было недостаточно хорошее освещение из-за растущего под окнами квартиры, находившейся на третьем этаже, старого тополя.
Хочется спросить не сотрудников опеки – они только исполняют требования закона – а законодателей: а в детских домах, где просторные, может быть, комнаты и хорошее освещение детям, что, жить лучше, чем в пусть в не таких больших и не светлых, но родных, а не казённых домах? А сколько детей изначально прямо из роддома попадают в тесные комнатушки своих родителей, не способных из-за низкой зарплаты и драконовских процентов по ипотеке обзавестись просторными квартирами, и живут там долгие годы, и вырастают достойными людьми? Даже при недостаточно высоких доходах их родителей…
А теперь ещё один интересный момент в вышеописанной истории. Трудно сказать, чем руководствовался биологический отец Жасмин и Эмилии, до того не очень интересовавшийся судьбой девочек и даже сегодня, по словам Ольги Костенко, предполагающий, что младшая дочь – не его, но ему удалось установить отцовство на девчонок. То есть теперь именно он – самый главный кандидат на опекунство.
– Но он, насколько нам известно, собственного жилья не имеет, проживает у своей сестры, – утверждает Ольга Костенко.
Ольге и Андрею в этой ситуации не остаётся ничего иного как обратиться за помощью к юристам. А пока суд да дело, Костенко каждую неделю, по их словам, навещают Жасмин и Эмилию, и все свои силы и все небольшие средства направили на ремонт и расширение своего дома. Они очень стараются и верят, что он будет гораздо просторнее – и не только на необходимые для опеки 20 квадратов, и что их семья уже скоро станет больше ещё на два маленьких, уже ставших родными человечка.
Комментарии специалистов:
Наталья Епифанцева, ведущий специалист по делам молодёжи, опеки и попечительства администрации Бузулукского района:
– При рассмотрение кандидатуры опекунов тщательно исследуются все условия, в которых будут проживать дети – это требование закона. Недостаток жилой площади в доме Костенко и низкий доход семьи послужили поводом для отказа в опекунстве.
Наталья Васильевна Масеева, юрист, г. Москва:
– Очень сомнителен факт установления отцовства девочек лишь по свидетельским показаниям и старым фотографиям. Многое в отношении теперь уже фактического отца девочек непонятно. Все точки в этой истории должен поставить суд.
